UA
 
Публикации ЭКСКЛЮЗИВ «ГОРДОНА»

Аристов: Туристы из арабских стран заполнили отели Киева, тратят $180-200 в день. Лучшего способа завести деньги в Украину не существует

Аристов: В Украине нет налоговой культуры. Люди не хотят платить налоги, а бизнесмены хотят платить мало
Аристов: В Украине нет налоговой культуры. Люди не хотят платить налоги, а бизнесмены хотят платить мало
Фото: budget.rada.gov.ua

В интервью изданию "ГОРДОН" народный депутат от "Слуги народа", глава комитета Верховной Рады по вопросам бюджета Юрий Аристов рассказал, как составляется главный финансовый документ страны, мешает ли бюджетный процесс реформам, почему Украина сотрудничает с МВФ и прислушивается к рекомендациям доноров, по какой причине рост ВВП страны в 2022 году ожидается на уровне 3,8%, может ли украинская экономика расти быстрее и готовы ли законодатели для этого уменьшать налоги.

Когда я вел свой бизнес, смотрел на калькулятор в смартфоне, держа экран вертикально, а теперь, чтобы увидеть цифры бюджета, приходится держать смартфон горизонтально

– Вы занимались бизнесом, руководили собственной компанией. Как оказались в политике?

– Случайно. Начиная с 2003 года я вырастил большой бизнес, в который вошли сеть ресторанов, оптовая компания по торговле морепродуктами, логистическая компания, компания по переработке рыбы и морепродуктов, где работает более 500 человек. Поэтому у меня есть глубокие знания в области торговли, логистики, пищевого производства, международных торговых операций. Но начиналось все с образования в Военном институте телекоммуникаций и информатизации НТУУ КПИ им. Сикорского. Мои дед и отец тоже военные, поэтому после учебы я сначала служил в Генштабе Вооруженных сил Украины. Из-за свободолюбия и внутреннего протеста много раз пытался бунтовать против военной службы, но отец эти бунты подавлял.

Комиссовался по состоянию здоровья. Некоторое время работал по найму. Когда женился и родился ребенок, понадобилась финансовая стабильность, и я обратился к друзьям-военным за помощью. Говорю: "Нужна работа – что-нибудь, но чтобы зарабатывать минимум $300". И мне предложили управлять маслозаводом в Ставищенском районе, где стояла задача организовать производство казеина. Пришел домой и в энциклопедии прочитал, что такое казеин.

Это был 2003 год. Принял предложение и приступил к разработке. Сначала меня на заводе не воспринимали, потом я погрузился в проблемы людей и постепенно все утряслось. Ушел в тот момент, когда наладил производство казеина и мы начали его продавать в Венгрию. Точнее, меня попросили уйти, так как я хотел развиваться дальше. Ушел, стал предпринимателем и больше никогда ни от кого не зависел.

– Почему решили идти в Зе-команду?

– Лет 15–16 назад я познакомился с Владимиром Зеленским и подружился с ним. Сейчас, конечно, наши отношения трудно назвать дружбой – общаемся по работе. Все жестко, быстро, без сантиментов.

Он пригласил в команду. Я согласился. Сначала была идея возглавить таможенное направление, потому что у меня большой опыт сотрудничества с таможней как потребителя ее услуг. Но потом попал в бюджетный комитет.

– Вы представляли, чем это может обернуться?

– Вообще ничего не представлял и был далек от работы органов власти. Привык сам отвечать за дело, строить команду, создавать в ней комфортную атмосферу. А здесь все очень разные, с разным воспитанием, уровнем компетентности, приоритетами. Плюс агрессивная среда политической конкуренции.

– Сколько раз пожалели, что согласились?

– Сколько раз в день? (Смеется). Довольно много. Минимум два раза в день, но бывает и чаще. Хотя есть и положительные моменты. Это большие вызовы, большой опыт. Но и большая ответственность. Бюджет страны – это не бюджет коммерческой компании. Принцип построения один и тот же, но цифры – разные. Когда я вел свой бизнес, смотрел на калькулятор в смартфоне, держа экран вертикально, а теперь, чтобы увидеть цифры бюджета, приходится держать смартфон горизонтально.

— Есть же хоть какое-то отличие?

— Отсутствие единоначалия. Обстоятельства диктуют Бюджетный кодекс (он определяет порядок действий и взаимодействий), политика партии, программа президента, которую команда по-разному интерпретирует, оппозиция, мнение которой надо учитывать. Обрабатывая эти массивы информации и мнений, нужно отыскать баланс, чтобы документ был выполнен Кабмином.

Мы постоянно сталкиваемся с конфликтом интересов. Причем часто одну и ту же модель отстаивают разные люди, сами об этом не зная. Плюс есть несовершенство процедур в самом бюджетном комитете. Мы работаем, чтобы убрать эти противоречия, но шаги в этом направлении даются трудно, так как каждое изменение – это, по факту, изменение в Бюджетном кодексе.

Когда инициатором законопроекта является Кабмин, а Минфин дает этому свою оценку, мы видим в этом конфликт интересов

– Бюджет пишет Минфин, а утверждает Верховная Рада. Как у вас происходит взаимодействие?

– Многое зависит от личности министра финансов. С нынешним министром Сергеем Марченко у нас были разные этапы притирки, сейчас работаем конструктивно.

Основные функции бюджетного комитета — участие в написании бюджета, его корректировке и принятии, а также контроль выполнения. Мы хотим усовершенствовать эту работу, сделать более прозрачной и понятной, хотим купить определенный софт, чтобы появились современные инструменты для контроля выполнения бюджета. Это позволит экспертно, с цифрами, давать оценку деятельности Кабмина в режиме реального времени.


Фото:
Аристов: По каждому законопроекту предоставляем вывод комитета – влияет предлагаемый законопроект на бюджет или нет. И, честно говоря, вряд ли я смогу кому-то из своих детей объяснить, в чем смысл этой работы. Фото: budget.rada.gov.ua


— Что вас не устраивает в деятельности комитета?

— Хотелось бы изменить количество согласований изменений в бюджет. Когда рамка бюджета сформирована, Кабмин начинает по ней работать. В какой-то момент оказывается, что внешние и внутренние факторы не позволяют выполнить программу и нужно в рамках министерства ресурс переместить из одной программы на другую. Тогда приняли правило, что это можно делать, не вынося в зал – в комитете. Сначала Кабмин утверждает изменения и они поступают на рассмотрение в комитет. В бюджетном комитете представлены все фракции, решение принимается простым большинством.

Когда я представителям ЕС сказал, сколько раз за год мы это делаем, они сначала не поняли, потом не поверили, а затем сказали: "Нам нужно это осмыслить". Вот вам цифра: более 3 тыс. раз за два с половиной года мы внесли такие изменения в бюджет. Мы один из самых загруженных парламентских комитетов.

— Как собираетесь это изменить?

— Нужно точнее планировать бюджет, чтобы не было необходимости так часто его менять, и нужна система мониторинга выполнения бюджета. Мы должны основываться не на ощущениях, а на цифрах. Поэтому появилась идея создать институцию, как в других странах, – бюджетный офис. Это нечто вроде главного научного экспертного управления только с функцией финансово-экономического анализа. Его задачи – давать независимую финансово-экономическую оценку влияния на государственный бюджет законодательных инициатив депутатов, Кабмина и президента, а также мониторинг выполнения бюджета.

Например, сейчас в соответствии с 27-й статьей Бюджетного кодекса мы по каждому законопроекту предоставляем вывод комитета – влияет предлагаемый законопроект на бюджет или нет. И, честно говоря, вряд ли я смогу кому-то из своих детей объяснить, в чем смысл этой работы. Жаль, что мы тратим на нее столько времени – на последнем заседании комитета мы рассмотрели, например, 55 таких инициатив. Бюджетный офис помог бы делать глубокий анализ влияния каждой такой законодательной инициативы на экономику в целом и конкретную отрасль.

Кроме того, хотелось бы убрать конфликт интересов. На сегодняшний день каждой законодательной инициативе предшествует экспертиза, которую делает Минфин. И когда инициатором законопроекта является Кабмин, а Минфин дает этому свою оценку, мы видим в этом конфликт интересов. На наш взгляд, для осуществления контрольной функции парламенту нужен свой, независимый, экспертный орган.

Верховная Рада может принимать политические решения. Руки подняли, проголосовали – даешь, скажем, пенсионерам прибавку к пенсии в два раза. А что потом правительство будет с этим делать?

– Вы подготовили третий проект бюджета. На ваш взгляд, качество работы над главным документом страны за последнее время изменилось?

– Когда я впервые взялся за бюджет, было полное непонимание процедур, сложностей, тонкостей работы, и это нормально. У нас высокопрофессиональный секретариат комитета, сотрудники которого проработали от пяти до 15 лет, пережили разных политиков. Я увидел, что это самое сильное звено, и сохранил всех специалистов. Мы максимально прислушиваемся к ним – это наша экспертиза. Плюс Минфин и Счетная палата. Этими тремя мнениями мы руководствовались при принятии решений.

Первый бюджет на 2020 год формировала министр финансов Оксана Макарова. Мы прошли его с такой скоростью, которой не было ни у одного бюджетного комитета в современной Украине. Просто шаг за шагом шли по процедуре. На второй год депутаты более глубоко разобрались в бюджетном процессе, активнее принимали в нем участие, спорили, отстаивали свои позиции и работа шла уже не так быстро.

Третий бюджет – на 2022 год. Такое произошло впервые в истории, чтобы бюджет не был принят в первом чтении за основу и в целом, так как депутаты от оппозиции решили попиариться, настояли на том, чтобы их отвергнутые и частично принятые правки были проголосованы еще и в зале. В итоге я стоял несколько пленарных недель за трибуной, слушал их выступления. Но чего они добились? Проект постановления по бюджету, который предлагал бюджетный комитет, был принят без изменений, потому что все адекватные, реалистичные и обоснованные правки мы и так проработали и учли. А время потеряно. Парламент "завис" на почти две недели в то время, когда мы могли голосовать срочные законопроекты. В том числе – о закупке кислородных станций.

Неадекватными я называю такие предложения, как, например, забрать у МЧС деньги из статьи финансирования аппарата, потому что они, мол, коррупционеры, и дать эти деньги им же, только на другие статьи расходов. Подобное мы не брали в расчет.

В целом законодательная власть сегодня является самой эффективной, на мой взгляд, несмотря на разные нюансы, скандалы, обвинения в бездумном нажимании кнопок. Системная работа происходит, решения принимаются, часть предвыборных обещаний партии "Слуга народа" выполнена.

– А качество этих решений?

– С моей стороны будет корректно говорить только о том, как выполняет свою работу Комитет Верховной Рады по вопросам бюджета.

Я считаю, наша задача как монокоалиции, избравшей правительство, – это правительство поддерживать. Соответственно, все перераспределения бюджетных средств, которые нужно рассмотреть быстро, чтобы поддерживать работу Кабмина, мы стараемся делать быстро. Например, это перераспределения, связанные с закупкой ИВЛ, масок, кислородных станций.

Конечно, популистских заявлений в стенах парламента много. Да, Верховная Рада может принимать политические решения. Руки подняли, проголосовали – даешь, скажем, пенсионерам прибавку к пенсии в два раза. А что потом правительство будет с этим делать, где брать эти средства, неизвестно. Если у вас цель – завтра убежать из страны, то принимать такие решения можно хоть каждый день.

Мы же стараемся опираться на экспертные выводы и документы. Я считаю, что в этом один из показателей качества выполняемой работы. Мы опираемся на выводы Минфина, Счетной палаты, Главного научно-экспертного управления (ГНЭУ). Я считаю, что в вопросах бюджета должны присутствовать точность, прозрачность и объяснение, почему именно так.

Государству нужна инновационная деятельность, в том числе в разработке вакцин и развитии медицины как таковой

– Чем бюджет-2022 принципиально отличается от предыдущих?

– Есть маркеры, на которые обычно обращают внимание. Для меня параметр такой –  бизнесмен рисковый или не сильно. Рисковый закладывает все, что есть, и берет в долг, чтобы в следующем году увеличить свою доходную часть. Но часто, когда вы берете кредит, могут происходить события, которых вы не планировали, и к вашим рискам добавляются еще незапланированные траты. 2020 год был именно таким, с огромным дефицитом. И было сложно объяснить это МВФ. При условии, что мы должны были справиться с пандемией, мы решали задачу создания рабочих мест за счет строительства дорог и программы "Большая стройка". Мы увидели быстрые результаты. К счастью, строительная и дорожная отрасли оказались готовы к государственному заказу.

По бюджету-2022 дефицит уменьшили. Выполнили указ президента с точки зрения финансирования сотрудников Минздрава. Решили, что делать с очередью на жилье участников Антитеррористической операции на востоке Украины, и полностью профинансировали [ее]. Также мы увеличили финансирование армии.

Ожидаем принятия законопроекта №5600, пересмотра макропрогноза и поиска дополнительных ресурсов – за счет чего можно финансировать статьи, которые были нами отработаны в поручениях правительству. Например, хотелось бы выделить больше средств научным учреждениям. Государству нужна инновационная деятельность, в том числе в разработке вакцин и развитии медицины как таковой.

— Законопроект №5600 вызвал негодование в бизнес-среде. Застройщики говорили: за счет того, что мы оптимизируем налоги, в Украине дешевое жилье...

— К сожалению, с метрами было бы честнее оставить те нормы, которые были в законопроекте изначально, но политической воли не хватило, потому что защищали строительный бизнес.

— По итогам первого чтения правительству поручили увеличить социальные выплаты. Каких изменений и когда можно ожидать в этом направлении?

— Работу по поиску дополнительных ресурсов должен провести министр финансов. Когда будет понятно, на какие цифры он будет опираться, мы сможем оценить появившийся ресурс. И понять, как и в каких направлениях бюджет можно сделать  более социальным. Принимать решение будет парламент.

Возвращаясь к вопросу о том, чем отличается бюджет-2022. Я видел интересную инфографику. Два поля, на которых точками отмечены отрасли и направления, в которых формировалась законодательная инициатива "Слуг народа" в бюджетах на 2019-й, 2020-й и 2021 годы. Изначально точки концентрировались в одних и тех же плоскостях. А вот что касается 2022 года, то фокус законодательной инициативы распылился. Она повсюду — космос, вода, лес, экология, Чернобыль...


Аристов: Фото:
Аристов: Бюджет не может быть тормозом или пусковой кнопкой реформ. Фото: budget.rada.gov.ua


– Можете рассказать, что именно изменится в бюджете ко второму чтению?

– Мы пока ждем от Минфина доработанный проект закона. Он может к нам поступить на этой неделе. Поэтому сейчас не могу прокомментировать доработки.

Украина привлекательна для туристов из арабских стран, потому что у нас такие природные условия, которые им интересны будут всегда

— За последние семь лет часто говорили, что реформировать что-то быстрее (например, систему налогообложения) нельзя, потому что это чревато нехваткой средств в бюджете. Действительно ли бюджет – такой тормоз для реформ?

— Бюджет не может быть тормозом или пусковой кнопкой реформ. Бюджет – это план финансирования страны. Невозможно в плане поменять нормы налоговых законов, которые существуют. Сначала нужно изменить их, а потом менять бюджет страны.

Другой вопрос, если говорить о налогах, что в целом у нас нет налоговой культуры. Люди не хотят их платить – это раз. Второе – крупные бизнесмены хотят платить мало. Конечно, во всем мире оптимизация налогов не считается преступлением. Так же, как не является преступлением желание оптимизировать расходы на транспортную логистику, к примеру. У нас есть такая форма налоговой гавани, как ФЛП разных групп. Нигде в мире больше такого не существует. Эта форма была придумана на короткий промежуток времени для помощи малому бизнесу. Но ей хотят пользоваться и предприниматели покрупнее, поэтому лимиты на оборот средств, допустимых для ФЛП, постоянно увеличиваются.

Повышать налоги – для Украины не вариант, и мы этого делать не планируем. Наоборот, мы считаем, что надо снижать налоги на доходы, вводить налог на выведенный капитал по примеру Польши и снижать нагрузку на фонд оплаты труда. С другой стороны, мы понимаем, что для развития экономики необходимы равные, прозрачные и понятные правила ведения бизнеса и равное налогообложение. Поэтому политика направлена на детенизацию и реализацию принципа – закон для всех один.

— Насколько Украина действительно зависит от МВФ в вопросе составления и реализации бюджета?

— Может ли существовать современное государство без МВФ? Конечно. Нас никто не заставляет, не просит с ними работать. Это вынужденная потребность – необходимость. К ней прибегает правительство, не имея на данный момент других инструментов привлечения внешнего финансирования.

— Соответствовать их требованиям – наша обязанность?

— У них уже есть опыт работы с развивающимися экономиками – мы не первые и не последние. У них есть четкий шаблон и модель. Плюс с учетом того, что самый крупный донор этой международной организации — США, много всевозможных инициатив и требований исходят с той стороны. В том числе с точки зрения обеспечения стабильности работы финансовой системы.

Например, у человека есть лишний вес. В детстве он перенес операцию на коленях по восстановлению порванных связок. Доктор говорит: "Вы будете здоровее, если сбросите вес, так как связки могут порваться второй раз". Кому лучше от выполнения рекомендаций — доктору или пациенту? Да, некоторые требования сложно выполнить. Но если посмотреть на ситуацию трезво, представить, что это в другой стране происходит, видишь от рекомендаций большую пользу в будущем.


Аристов: Фото:
Аристов: Мы никогда не будем готовы, если ничего не будем делать. Фото: budget.rada.gov.ua


— В бюджете на следующий год заложен рост ВВП на уровне 3,8%. Ряд экономистов, в том числе советник президента Олег Устенко, утверждают, что наш рост должен быть не менее 5% в год. Почему у нас такой скромный прогноз в плане роста?

— А где взять больше? Для большего роста страна должна что-то создавать.

Мы часто говорим про инвестиции. Государство может быть инвестором? Может. И сегодня оно инвестирует в инфраструктуру, потому что без нее бизнесу очень сложно развиваться. Также государству нужно инвестировать в реформу судов, во все отрасли, которые необходимы для роста экономики. Плюс государство, как регулятор, должно создавать комфортные, прозрачные условия для инвесторов, для стартапов.

Допустим, нам показала большие перспективы ситуация с открытым небом, когда к нам приехали туристы из арабских стран. Они заполнили отели Киева, они тратят по $180–200 в день. Лучшего способа завести деньги в Украину сегодня не существует. Поэтому государству нужно выполнить "домашнее задание" и создать условия для того, чтобы такие туристы здесь появлялись стабильно. Это несколько шагов – гостям нужно как-то прилететь, на чем-то перемещаться по стране и где-то жить.

Нужен номерной фонд определенного типа. Такие гости не живут в трехзвездочных отелях, им нужно "пять звезд". Государство должно определить приоритетные участки, на которых нужно создать выгодные условия для создания номерного фонда. Инвесторы пока не готовы строить отели – сейчас очень дорогой рынок земли и очень сложно уговорить владельца уступить ее будущему инвестору дешево. Здесь государство должно взять на себя роль какого-то компенсатора, гаранта, чтобы удешевить вход для инвесторов. Тогда у нас появится и номерной фонд.

Далее – для перемещения по Украине нужны малая авиация и автобусы определенного класса. Их нет. Следовательно, нужно создать условия для их появления. Третье — переводчики в достаточном количестве. Образно говоря, чтобы их хватало на каждый автобус.

Сегодня Европа закрыта, и для нас важно использовать этот момент.

– Но именно в этот момент мы оказались не готовы. Надо сейчас, а мы пока раскачаемся, Европа откроется.

– Мы никогда не будем готовы, если ничего не будем делать. Украина привлекательна для туристов из арабских стран, потому что у нас такие природные условия, которые им интересны будут всегда. Их интересует местность, которая не встречается у них в стране. Соответственно, это не обязательно Одесса и мегаполисы. Им нравятся Карпаты, например. Просто надо создать условия, чтобы курортов было 10, а не один-два, как сейчас. Надо запускать пилотные проекты, попробовать и смотреть на результат, менять налогообложение по отрасли, группе товаров или локации.

У сына 500 тыс. подписчиков в Instagram, еще 500 тыс. – на YouTube. Ему платят за рекламу. Он на этом зарабатывает с 15 лет

– Вы семью во время бюджетного процесса видите?

– Прихожу – они уже спят. Ухожу бывает утром – они еще спят. Правда, по утрам я отвожу дочку в школу, вот с ней по дороге и общаемся. Выходные проводим вместе.

– Ваш старший сын Артем уже совсем независимый?

– Судя по публикациям в СМИ, да.

– Вы читаете сообщения о нем?

– Конечно! Есть вещи, которые вызывают у меня сильные эмоции. Я-то знаю, что он на самом деле порядочный парень, хотя и хочет казаться хулиганом. Но люди, когда смотрят картинки в его Instagram, порой выносят несправедливые суждения.

Например, была ситуация с покупкой машины. На самом деле мы всей семьей на 20 лет ему подарили автомобиль Peugeot — мои родители настояли. Через год сын пришел: "Можно я ее продам и куплю другую?" "Какую?" "Mercedes. В США компания, которая продает бэушные". "Покупай, твоя же машина". Он продал Peugeot за $20 тыс. и, добавив немного, купил Mercedes. Он блогер, снял, как едет на новой машине, смотрится круто, молодежи такие видео нравятся. Выходит публикация: "Мажор такой-то меняет дорогие машины, как перчатки". И мне знакомые говорят: "Артем за $100 тыс. купил машину?" Говорю: "Она $25 тыс. стоит". "Но выглядит же на $100 тыс.!" Есть стереотипы: раз сын депутата, значит, обязательно мажор. А это не всегда так.


Фото
Артем Аристов. Фото из семейного архива


– Ну, он у вас эпатажный малый. Недоумение журналистов можно понять – сфотографировался на фоне Кремля во время войны с Россией...

– Он в 14 лет начал лазить (и с тех пор не прекращает) по всем крышам Киева, и не только, и себя снимать. Фотографировался в разных столицах мира, но все обратили внимание только на снимки в Москве.

Его Instagram действительно вызывает странные ощущения. Мне министры говорят: "Наши сыновья на вашего подписаны. А что, на этом можно зарабатывать?" Да, у сына 500 тыс. подписчиков в Instagram, еще 500 тыс. – на YouTube. Ему платят за рекламу. Он на этом зарабатывает с 15 лет.

Как у многих подростков, бывали неприятности. С друзьями как-то залезли в "Эпицентр". Вернее, они спрятались, дождались ночи и давай снимать кино о себе. Потом их полиция искала. Пришлось мне идти к [основателю сети магазинов "Эпицентр" и нардепу] Александру Гереге, извиняться.

Артем работает сейчас в семейном бизнесе. Я ему сказал: "Так сложилась ситуация, и пока нет другого варианта". Конечно, он имеет базовые знания, закончил в Канаде обучение по направлению Film Production. Хочет развиваться в этом направлении, мечтал до пандемии о работе в Голливуде. А еще он очень спортивный парень. Я настаивал, чтобы он поменял контент, предлагал: "Снимай сестру, она смешная. На детский контент проще публику собирать". Но он продолжает искать свою аудиторию. Сниматься в кино – его мечта.


Фото из семейного архива
На снимке супруги Марина и Юрий Аристовы, их сын Роберт, дочь Мария и (на снимке крайняя справа) дочь Марины от первого брака Диана. Фото из семейного архива


— А с другими детьми как у вас складывается?

— Самому младшему, Роберту, шесть лет, скоро пойдет в школу. Занимается футболом. Папа же не стал футболистом – может, у сына получится. Дочке Марии девять лет. Она занимается балетом и учится в академии искусств по классу хореографии. Ее кумир – балерина Екатерина Кухар. Для меня дети – самое большое счастье. Так меня воспитала мама.

Елена ПОСКАННАЯ
журналист, редактор
МАТЕРИАЛЫ ПО ТЕМЕ
 
 

 
Выбор редакции
 
 
 
САМЫЕ ПОПУЛЯРНЫЕ МАТЕРИАЛЫ