ОБЩЕСТВО ЭКСКЛЮЗИВ «ГОРДОНА»

Политэмигрант из России Фельдблюм: Разговоры об украинском антисемитизме должны были закончиться, когда Рабинович на выборах обошел националистических лидеров

В интервью изданию "ГОРДОН" политэмигрант из России, а теперь глава попечительского совета "Объединения иудейских религиозных организаций Украины" Павел Фельдблюм рассказал, почему эмигрировал из РФ, как миф об украинском антисемитизме использует российская пропаганда, по какой причине в еврейской среде так много эмоций вызвало переименование киевской улицы в честь Степана Бандеры и почему Украине следует больше внимания уделить установлению дружеских связей с Израилем.

Фельдблюм: Степень нравственной деградации России при этой власти безмерна
Фельдблюм: Степень нравственной деградации России при этой власти – безмерна
Фото: Павел Фельдблюм / Facebook

Павел Фельдблюм – один из лидеров еврейской общины России – решил переехать в Украину в январе 2017 года. В интервью корреспонденту издания "ГОРДОН" он рассказал, что впервые задумался об эмиграции три года тому назад, когда Россия оккупировала Крым. Его гражданская активность и публицистическая деятельность стали угрожать безопасности его знакомых и близких людей.

Переезд в Киев Фельдблюм считает естественным решением, ведь его предки родом из Украины, а он сам родился и до девяти лет жил в Харькове, пока родители не переехали в Тюменскую область. Больше месяца он живет в Украине, чувствует себя здесь комфортно и безопасно. Снова занялся общественной работой и уже избран главой попечительского совета "Объединения иудейских религиозных организаций Украины". Его семья пока остается в Москве, но летом он собирается перевезти их в Киев. 

Сурков нас принял, внимательно выслушал, а потом с совершенно очаровательной улыбкой сказал: "Да, вы абсолютно правы. Все, что вы рассказали, так и есть. Это наша позиция. Мы и дальше будем ее придерживаться"

– Где, по-вашему, находится та временная точка в истории современной России, когда страна, образно говоря, начала сходить с ума?

– Для меня такой точкой отсчета является приход Владимира Путина к власти в 2000 году. Оценивая развитие ситуации вокруг еврейской общины, уже тогда можно было сделать выводы о том, что эта власть из себя представляет.

Я в то время возглавлял еврейскую общину Москвы. Мы тесно работали с местными властями, что для общественной и религиозной организации нормально. Беспрекословным лидером общины был Владимир Гусинский (медиамагнат, основатель телеканала НТВ, покинул РФ в 2000 году. – “ГОРДОН”). Он возглавлял Российский еврейский конгресс и во многом определял вектор развития еврейской жизни. Игра Гусинского в еврейскую жизнь во многом была продиктована его личным сентиментом. Но была и прагматичная сторона, связанная с его желанием получить определенный уровень безопасности. Статус еврейского лидера в политическом смысле мог сыграть не последнюю роль.

Тогда возникло противостояние между Владимиром Гусинским и Борисом Березовским (российский бизнесмен и политик, в России обвинялся в отмывании денег и попытке насильственного захвата власти. С 2003 по 2013 год жил в Великобритании. По версии следствия, бизнесмен покончил с собой. – “ГОРДОН”). Березовский решил выбить из-под Гусинского еврейский стул, на котором тот сидел. Березовский атаковал и создал альтернативную Федерацию еврейских общин, которую возглавил раввин Берл Лазар, провозгласив себя главным раввином России. Показательно, что произошло это в день ареста Гусинского. Федерация немедленно получила мощнейшую поддержку администрации президента, которую тогда возглавлял Александр Волошин. Его первым заместителем был Владислав Сурков.


Фельдблюм: Фото: Айдер Муждабаев / Facebook
Фельдблюм: Именно беззубая, совершенно соглашательская позиция политиков Европы и США, когда проглатывалось каждое нарушение свобод в России, когда все продолжали улыбаться Путину, говорить о перезагрузках, и привела впоследствии к войнам. Фото: Айдер Муждабаев / Facebook


Во внутриеврейском конфликте власть демонстративно заняла позицию одной из сторон, что было беспрецедентно. Мы, в попытке выяснить, что происходит, в составе представительной делегации пошли на прием к Суркову. Это был единственный раз, когда я с ним общался, и мне хватило. Он нас принял, внимательно выслушал мои доводы, а потом с совершенно очаровательной улыбкой сказал: "Да, вы абсолютно правы. Все, что вы рассказали, так и есть. Это наша позиция. Мы и дальше будем ее придерживаться. И совершенно не важно, что вы по этому поводу думаете".

Цинизм, который продемонстрировал Сурков, шокировал. Тогда стало совершенно очевидно, что такое власть при Путине и что будет происходить дальше. Лично у меня никаких иллюзий по поводу путинской России не осталось. Потом я уже не удивлялся, когда медленно, но верно закручивались гайки, когда эту зеленую поляну общественной жизни, появившуюся в 1990-х годах, постепенно закатали под асфальт, а в качестве декораций оставили лишь искусственные цветы, которые изображают экосистему.

Запад молча принимал один за другим все выкрутасы Путина. Именно беззубая, совершенно соглашательская позиция политиков Европы и США, когда проглатывалось каждое нарушение свобод в России, когда все продолжали улыбаться Путину, говорить о перезагрузках, и привела впоследствии к войнам.

Заниматься общественной работой стало совершенно невозможно. Любая активность для бизнеса без отмашки из администрации президента была уже не просто непозволительной, но и опасной. Никто не хотел заниматься благотворительностью. Так мы потеряли возможность развивать гуманитарные инициативы, которые у нас были. Сфера общественной жизни в России для меня оказалась закрыта на много лет. Тогда я решил уйти в бизнес.

– А как вы считаете, Путин – антисемит?

– Конечно, я далек от того, чтобы считать Путина антисемитом. Но все чаще в заявлениях высокопоставленных представителей государственной власти, а также в эфирах государственных телеканалов мы сталкиваемся с настоящими проявлениями антисемитизма. При этом каждый еврейский лидер в России считает обязательным заявить, что государственный антисемитизм в стране отсутствует, а если и есть некие признаки нетерпимости, то лишь на бытовом уровне. К сожалению, с проявлениями именно государственного антисемитизма мы сталкиваемся все чаще и чаще. И чем сильнее экономические проблемы России будут сказываться на жизни людей, тем больше проявлений антисемитизма мы будем наблюдать.

– Что вас заставило выйти из тени бизнеса и заняться публицистикой?

– Все изменилось в 2014 году после того, как Совет Федерации разрешил Путину ввести войска на территорию Украины. Это точка невозврата. Тяготила ответственность за то, что происходит в Украине из-за России. Понятно, если я живу в РФ, молчу, не обозначаю свою позицию, значит я – часть согласных.

Я видел, как российские еврейские лидеры становились участниками пропагандистской кампании против Украины. Без зазрения совести они называли украинцев фашистами, организовывали мероприятия, собирая раввинов со всего мира и вывозя их в Крым, подписывали какие-то письма. Федерация еврейских общин России превратилась в инструмент путинской политики. Для меня это оказалось очень болезненно.

Мне не хотелось, чтобы этот еврейский голос, который является частью пропагандистской кампании, был единственным. Должен звучать альтернативный еврейский голос. Это стало вопросом самоуважения – занять свою позицию и сделать это публично. Я начал вести блог на сайте радиостанции “Эхо Москвы”. Но, по большому счету, это тоже была сделка с совестью, определенная форма компромисса. Я принял решение уехать.

В России достаточно людей, которые любят и поддерживают Украину. Многие, как и я, уехали, а кто-то остался и попал под каток репрессий со стороны власти

– Об эмиграции можно думать бесконечно. Почему именно сейчас вы решились уехать?

– Я уже не мог оставаться в РФ и говорить, что думаю, – это стало опасно. Не столько для меня, сколько для людей, которые мне дороги и близки. И речь тут не только о моей семье. Я не герой и не пытаюсь им выглядеть. Я старался делать и говорить, что мог. А когда не осталось и такой возможности, уехал.

Хочу, чтобы украинцы знали: в России достаточно людей, которые любят и поддерживают Украину. Многие, как и я, уехали, а кто-то остался и попал под каток репрессий со стороны власти.

Отъезд в Украину – для меня знаковое событие. Я тут родился. До какого-то момента я считал себя русским евреем, который родился в Украине. Но теперь я себя четко идентифицирую: я украинский еврей. Когда началась война, я понял, что факт моего рождения в Харькове и то, что мои корни в Украине, играет важную роль.

МУЛЬТИМЕДИА

– И какие планы строите в Украине?

– Здесь я снова могу заниматься общественной деятельностью. Если в России власть – это что-то сакральное, вызывающее паралич у тех, кто к ней близко подходит, то в Украине очень спокойное отношение к власти. Ее принято ругать. Но на самом деле все в руках людей. Это свободное, бурное как море гражданское общество в Украине имеет потрясающую мощь. Я восхищен. Здесь у людей нет апатии, смирения, фатализма. Все понимают, что могут повлиять на свою жизнь, жизнь других людей, и стараются это делать.

Конечно, государство должно быть более активным. Но активное общество намного важнее. Да, непросто в Украине сегодня. Всем понятно, что Россия летит в пропасть и хочет увлечь за собой Украину. Это очень напоминает агонию империи.

– Как думаете, еще долго эта империя протянет?

– Конвульсии могут быть достаточно продолжительными. Я не жду серьезных изменений к лучшему в обозримом будущем. По крайнем мере, лет 10–15 у этого режима есть, как мне кажется. Хотя... Запас прочности Советского Союза казался более значительным, но то, с какой скоростью произошло его обрушение, поразило, – никто такого не ожидал. Вне зависимости от отпущенного империи срока, очевидно одно: степень нравственной деградации России при этой власти безмерна. То, что невозможно было себе представить год-два назад, сегодня уже воспринимается как должное. 

Есть во многом мифологизированная фигура Бандеры, а есть реальные фигуры современности, например, Путин, развязавший войну, уже унесшую десятки тысяч жизней и сломавшую жизнь миллионов

– Когда в России украинцев называют “нацистами” и обвиняют в антисемитизме, понятно – это труды пропагандистов. А какова ситуация с антисемитизмом на самом деле?

– Конечно, антисемитизм в Украине есть. Смешно было бы это отрицать. Но он есть в той же мере, как в любой другой стране. Антисемитизм – одна из самых популярных разновидностей ксенофобии, которая присуща любому обществу и человеческой природе в общем.

Мы понимаем, какая мощь сегодня используется против Украины в целях дестабилизации. Давайте вспомним случаи нападения на евреев во время Майдана. Это были довольно топорно сработанные акции. Подобные инциденты не свойственны украинскому обществу. Было видно, что это провокации, рассчитанные на российскую пропаганду. Еврейские лидеры в Украине это понимают.

Да, бывают совершенно дикие случаи, когда оскверняются могилы, появляются непристойные граффити, но в Украине это происходит не в большей степени, чем в других странах Европы. Все разговоры о каком-то особом “украинском антисемитизме” должны были закончиться, когда человек с фамилией Рабинович на выборах набрал больше голосов, чем так называемые националистические лидеры вместе взятые.

– Почему столько страстей разгорелось вокруг переименования Московского проспекта в Киеве в честь Степана Бандеры? В истории есть и другие противоречивые фигуры, скажем, тот же Богдан Хмельницкий. Ему памятники во всех городах, и евреи не против улиц его имени.

– Речь идет о самой трагической странице еврейской истории. Чувствительно все, что связано со смертью миллионов человек, которые погибли только потому, что они евреи. Советская историография демонизировала образ Бандеры, и в восприятии евреев он – один из тех, кто несет ответственность за кровавые преступления Холокоста. И в этой связи абсолютно понятна негативная реакция еврейской общественности на переименование улиц в его честь.

С другой стороны, есть во многом мифологизированная фигура Бандеры, а есть реальные фигуры современности, например Путин, развязавший войну, уже унесшую десятки тысяч жизней и сломавшую жизнь миллионов. А некоторые еврейские лидеры России почему-то считают возможным высказываться в его поддержку, преданно смотреть в глаза и участвовать в его гибридной войне в качестве наемников.

Отношение к Бандере – тот из множества болезненных моментов, когда по-разному трактуются в обществе трагические страницы истории. Поэтому одна из моих задач – помочь пролить больше света на те события.

Надо быть готовым с открытыми глазами смотреть на происходившее, понять, что объективный анализ истории не может быть простым. Да, где-то мы столкнемся с ужасными фактами, может быть, даже шокирующими, которые лучше бы и не знать. Нельзя отрицать, что были ужасные преступления, неприглядные моменты. Но очень важно пройти через это, не прятаться, узнать и принять. Чтобы навсегда разрушить стереотипы, чтобы совершенное никогда не повторилось. По-другому нам не прийти к тому уровню доверия, без которого не может существовать общество. Если в результате моей деятельности украинцы и евреи станут лучше друг к другу относиться и понимать лучше, я буду счастлив.

Перед лицом внешней угрозы евреи всегда объединялись, что позволяло нам выживать в самые трудные времена. Думаю, Украина сегодня в похожем положении

– Российская пропаганда сегодня нацелена не только на граждан РФ, но и на выходцев из страны, которые давно уехали и теперь живут за границей. Как сильно эта пропаганда влияет на восприятие событий в Украине израильтянами?

– Многие евреи в Израиле представляют собой советское общество. Они уехали еще при "совке" или сразу после развала СССР. Пропорции жертв пропаганды среди русскоязычного населения внутри израильского общества, я думаю, близки к тем, что мы видим в России.

Вы удивитесь другому: приехав сюда, в Киев, я нередко сталкиваюсь с людьми, которые тоже оказались подвержены российской пропаганде. Мне приходится вести дискуссии на те же темы, только теперь уже с украинскими гражданами. И здесь все даже хуже, потому что мне в ответ говорят: "А ты кто такой? Мы здесь живем, мы здесь все знаем".


Фельдблюм: Не жду серьезных изменений к лучшему в России. Лет 10-15 точно есть в запасе у этого режима. Фото: Павел Фельдблюм / Facebook
Фельдблюм: Не жду серьезных изменений к лучшему в России. Лет 10–15 точно есть в запасе у этого режима. Фото: Павел Фельдблюм / Facebook


– В Украине многие с трагизмом восприняли голосование в ООН по израильской резолюции. Как это реально повлияло на отношения Украины и Израиля?

– Израиль на протяжении всей своей жизни стоит во главе мировой борьбы с терроризмом. Израиль вправе рассчитывать на поддержку со стороны Украины. И, конечно, определенное разочарование позицией Украины в ООН у Израиля есть. Но при этом и позиция Израиля по отношению к Украине не является примером морального поведения.

Есть такое понятие как realpolitik – реальная политика. Израиль зачастую руководствуется соображениями realpolitik, например, когда не хочет ссориться с Россией. Это можно понять – он в первую очередь думает о безопасности своих граждан. Но очень многие сегодня в Израиле понимают, что у нас больше нет права на realpolitik. Потому как именно такая политика со стороны европейских государств в период Второй мировой войны и привела к тому, что Холокост стал возможен.

– Израиль часто ставят в пример как государство, заботящееся о своих гражданах. Как думаете, сможет Украина повторить подвиг Израиля по государственному строительству и защите своих интересов в военное время?

– Я знаю многих общественных активистов, которые стараются помочь Украине воспользоваться прогрессивным опытом Израиля в различных сферах – медицине, сельском хозяйстве, развитии технологий. Мне кажется, это очень важная миссия – способствовать, чтобы современные технологии, успешно опробованные в Израиле, максимально быстро задействовать в Украине. Критически важно иметь возможность развивать подобные технологии, так как страна преодолевает не просто естественные процессы, существующие в любом государстве, а искусственно создаваемые Россией проблемы и препятствия.

Никаких государственных усилий не будет достаточно для реализации того масштаба задач, которые стоят перед Украиной сегодня. Единственный шанс страны – объединение стремлений всех ее граждан, всех общественных организаций, всех сил. Современное украинское общество – стихия, в которой много разнонаправленных векторов. Нужно, чтобы произошла синергия всех этих усилий, тогда будет и результат. Может, я настроен идеалистично, но почему-то верю, что трудности, которые страна переживает, пойдут ей на пользу. Перед лицом внешней угрозы евреи, например, всегда объединялись, что позволяло нам выживать в самые трудные времена. Думаю, Украина сегодня в похожем положении.

Елена ПОСКАННАЯ
все публикации
МАТЕРИАЛЫ ПО ТЕМЕ
 

КОММЕНТАРИИ:

 
Уважаемые читатели! На нашем сайте запрещена нецензурная лексика, оскорбления, разжигание межнациональной и религиозной розни и призывы к насилию. Пожалуйста, не используйте caps lock. Комментарии, которые нарушают эти правила, мы будем удалять, а их авторам – закрывать доступ к обсуждению.
 
Осталось символов: 1000